Ветеран труда Людмила Калашникова, акушер-гинеколог и хирург в одном лице, отдала медицине 55 лет, из них полвека - хирургии. «Самые сложные операции были те, при которых происходили внутренние кровотечения, - вспоминает Людмила Васильевна. – Приходилось делать переливание крови. Тогда все сотрудники сдавали кровь, никто не отказывался. Были и прямые переливания: на одной кушетке - донор, на другой – реципиент. Как правило, у нас в ГБ №1 сдавали кровь анестезиологи. Один раз привезли к нам очень тяжелую женщину. Мы ее спасли: не выходили из родильного дома шесть суток».
Слово отца
Людмила Васильевна родилась в Первоуральске. Мысль о том, чтобы стать врачом, вложила в сознание ученицы школы №2 Люды Калашниковой даже не мама, а бабушка Анастасия Ивановна. Мама, Мария Алексеевна Ананьина, была далека от медицины: работала в столовой Старотрубного завода. Бабушка же закончила курсы санитаров.
- К тому же она рассказывала мне, что мой отец, Василий Калашников, уходя на войну в конце 1941 года, хотел, чтобы я стала врачом, - говорит Людмила Васильевна. – Так что еще школьницей я мечтала об этом.
Своего отца Людмила не помнит. Когда потомственный казак, судья Василий Калашников ушел на фронт добровольцем, на все слезы и уговоры отвечая: «Как все, так и я», его дочери было три года. В
1942-м он погиб на Ленинградском фронте.
Его желание-наказ дочь исполнила. В 1955 году, получив аттестат о среднем образовании, Людмила Калашникова с первого раза поступила в медицинский институт в Свердловске.
В терапевты не пойду!
Лечебный факультет, который закончила 23-летняя Людмила Калашникова, включал в себя травматологию, психологию, гинекологию и еще много чего. Дипломированные молодые врачи определялись со специализацией не в вузе, а по месту работы. По распределению Калашникова попала в больницу на Хромпике. Горздравом заведовал тогда хирург Павел Тимофеев – ныне Почетный гражданин Первоуральска и Заслуженный врач РФ.
- Павел Михайлович посмотрел мои зачеты, отметки и сказал: «Будете участковым терапевтом», я возразила: «Нет, гинекологом», - вспоминает Людмила Васильевна. – Он согласился, но с условием: если буду работать плохо, меня переведут в терапевты. Тимофеев так радел за свое дело, что два раза в месяц посещал каждую больницу. И нашу в том числе. Делал обходы, разговаривал с больными: «Как к вам относятся? Как белье меняют»?
Проверку Тимофеева молодой гинеколог Калашникова прошла. Стала работать в отделении оперативной гинекологии.
Красавица из Северки
В 50-60-е годы наряду с медицинскими было очень много криминальных абортов. Для таких пациенток на первом этаже больницы Хромпика выделили 40 коек.
- Привозили много женщин с тяжелым сепсисом, то есть с заражением крови, - вспоминает Людмила Калашникова. – Приходилось долго их выхаживать. Бывали случаи, когда пациентки умирали. Некоторые до прибытия к нам неделю лежали дома после криминального вмешательства, а то - и две. Таких мы спасти уже не могли.
За четыре года работы Калашникова видела несколько подобных смертей.
- Одна женщина из Северки запомнилась, - рассказывает Людмила Васильевна. – Нина ее звали, муж у нее был учитель. Привезли ее: красавица! Мы ее и днями, и ночами выхаживали, привозили доноров, собирали кровь, переливали ей. Единой станции переливания крови в то время не было. Каждая больница обходилась своим кабинетом по забору крови. Я трое суток не выходила из отделения, вместе с коллегами дежурила, следила за ее меняющимся состоянием, за пульсом. Но Нина умерла. Ее муж, учитель, долго потом ко мне ходил, никак не мог понять, почему с его женой это случилось. Дело еще в том, что тогда кроме пенициллина не было других антибиотиков. Это сейчас можно победить практически любое инфекционное заболевание.
Однако и на пенициллине подавляющее большинство женщин на первом этаже больницы Хромпика выздоравливало.
- После того, как мы одну женщину спасли, муж нам привез большой пирог с картошкой и трехлитровую банку парного молока, - вспоминает Людмила Калашникова. – Так благодарили.
Две-три операции в день
Проработав на Хромпике четыре года, акушер-гинеколог Калашникова поняла, что ей не хватает знаний и умений.
- Хотелось научиться оперировать, - говорит Людмила Васильевна. - А то на дежурствах был постоянный страх: вот привезут сейчас умирающую женщину, а ты пока до хирурга дозвонишься, пока его на «скорой» привезут…
Калашникова закончила ординатуру. Пригородного автобусного сообщения в те годы не было, и молодой врач ежедневно в течение двух лет отправлялась в Свердловск на учебу на электричке.
В больнице на Хромпике операционной не было, потому Калашникова перешла работать в ГБ №1, сначала - ординатором, потом - заведующей отделением оперативной гинекологии. Было еще одно отделение - консервативной гинекологии, где лечили воспаления и различные нарушения.
- Приходилось очень много оперировать: по две-три операции в день, - вспоминает Людмила Калашникова. – Очень много было внематочных беременностей.
Но вскоре и обучения в Свердловске Калашниковой оказалось недостаточно. Она прошла учебу в Ленинграде. Близость к Европе позволяла ленинградским хирургам перенимать опыт западных коллег, а потом тиражировать его на весь СССР.
- При Розе Львовне Босых, главвраче ГБ№1, мы все переделали по европейскому образцу, - говорит Людмила Васильевна. – У нас всегда был дефицит кадров, а тут к нам из Свердловска начали приезжать в ординатуру очень хорошие молодые специалисты. Один их них работал впоследствии главным врачом Института охраны материнства и младенчества, сейчас он на пенсии. Нужно сказать, что операции на матке очень сложные, это не то, что удалить аппендикс. Матка находится глубоко в тазу. Мы оперировали не только на яичниках, но и внематочные кисты, делали удаление матки, если в ней вырастала большая доброкачественная опухоль – фибромиома или злокачественная опухоль - раковая.
Аппарат от директора
Сейчас аппараты УЗИ привычны, но так было не всегда. В ГБ №1 они появилось только в конце 80-х годов.
- Первый аппарат помог нам приобрести директор Новотрубного Федор Данилов, - рассказывает Людмила Васильевна. - Аппараты были очень дорогие, импортные, громоздкие. У нас дочь Данилова работала терапевтом – Светлана Томковид. Я говорю: «Света, ты поговори с папой», та - ни в какую: мол, он меня не послушает. Тогда я записалась, пришла на прием, говорю: «Федор Александрович, нужен такой-то аппарат, без него не обойтись». «Меня мать дома, в избе, родила, без всяких аппаратов», - отвечает. Но денег выделил. Я дважды ездила в Москву, сначала, чтобы заказать, а потом чтобы принять аппарат УЗИ из ГДР.
Династия
График хирурга-гинеколога Людмилы Калашниковой был очень плотным. Сначала восьмичасовой рабочий день шесть раз в неделю, потом выходным днем сделали и субботу. Плюс суточные дежурства, иногда до 10 раз в месяц. Все для того, чтобы обслуживать в ГБ №1 около полусотни коек двух гинекологических отделений: «криминального» и оперативного. При этом нужно было еще и семейные обязанности выполнять. Замуж Людмила Васильевна вышла после окончания института. В 1962 году родилась дочь Валерия. Сейчас Валерия Валентиновна Подкидышева - врач-гинеколог и хирург ГБУЗ СО «Городская больница город Первоуральск». Она, как и мать, закончила медицинский институт в Свердловске.
- Я знала, что дочь будет врачом, но я не думала, что гинекологом, - признается Людмила Васильевна. - Сейчас она заведует женской консультацией. Последние пять лет я работала там же - вела специализированный прием по бесплодию.
У Калашниковой - 22-летний внук, в начале сентября родилась правнучка.
Бич нового времени
По словам врача, сейчас изменилось отношение к вынашиванию беременности, и это чревато.
- Очень много появилось женщин, которые не могут забеременеть, не могут родить, - говорит Людмила Калашникова. - Отношения между мужчиной и женщиной стали более свободными, отсюда осложнения от венерических заболеваний. Раньше было строго: имеешь одного мужа - и все. Женились молодыми, а сейчас в 35 и 40 лет. Современные женщины получают одно высшее образование, потом второе, а затем не могут родить. Моя бабушка рожала 10 раз, и восемь детей остались живы. В 50-е годы встречались семьи, где было 9, а то и 10 детей. Родильные дома были в Новоуткинске, Шале, Билимбае и Нижних Сергах. А сейчас приходится вводить в матку будущей матери яйцеклетку другой здоровой женщины. Раньше это было в виде исключения, сейчас - все чаще.
Автор: Андрей Попков
